ПУТЕВОДНАЯ ЗВЕЗДА. ШКОЛЬНОЕ ЧТЕНИЕ

Уважаемые читатели!

Любите ли вы читать? Надеемся, что ДА. Тогда именно для Вас наша библиотека выписывает журнал «ПУТЕВОДНАЯ ЗВЕЗДА. ШКОЛЬНОЕ ЧТЕНИЕ» (с 1996 по 2000 год – «Школьная роман-газета»).

нажмите, чтобы увеличить

Журнал рекомендован Министерством образования РФ для программного и внеклассного чтения всех средних учебных заведений. «Путеводная звезда» - это ещё и помощь учителю литературы, истории и иных гуманитарных дисциплин. В конце каждого номера публикуется конспект учительских вопросов ученикам, которые позволяют провести содержательный диалог по обсуждению каждого опубликованного произведения. Внутри номера – журнал в журнале «БОЛЬШАЯ ПЕРЕМЕНА», постоянно публикующий письма, стихи и прозу детей, публицистику, обращенную к ним, юмор, а также другие материалы.

В одном из предпоследних номеров «Путеводной звезды» были напечатаны «ГОРЬКИЕ ПОВЕСТИ» Альберта Лиханова. Прочитав их, учитель литературы МБОУ СОШ №33 Кивлева А.Н. написала отзыв.

 Предлагаем Вам познакомиться сначала с самим произведением, а потом и с отзывом на него.

И СНОВА О ПОВЕСТЯХ А. ЛИХАНОВА.

Всегда ли мы задумываемся, как нам, возможно, повезло, что рядом с нами по жизни идут родители, брат или сестра? Или как это важно, чтобы на огромной Земле рядом был близкий и родной человек, которому можно рассказать всё, что тебя волнует и тревожит, или поделиться с ним радостью. Самое важное в жизни человека – его семья…

Жизнь семьи, как и всего общества, регулируется Законами. В России существует Семейный кодекс РФ 1995 года. В нем расписаны права и обязанности родителей и детей.

Но кто и как выполняет этот Государственный документ?

К сожалению, в нашей современной действительности всё чаще и чаще происходит наоборот. Читаем в «Путеводной звезде» «Горькие повести» Альберта Лиханова, который задает нам самый актуальный вопрос: «Почему горчит наша жизнь?»

нажмите, чтобы увеличить

Представляя свои произведения, Альберт Анатольевич пишет: «И всё-таки человек, особенно человек малый и душевно покинутый, или, что ещё хуже, отринутый нелюбящими, бездумными, слабыми взрослыми, чаще, чем им хотелось бы, оказываются в одиночестве ничегонепонимания и бросаются в бездну отчаяния».

Первое пронзительное произведение – «Свечушка». Так кто же она? «Тихая, покорная, неговорливая, от природы медлительная, любящая тишину и нигде её не находящая в стае детей, вечно куда-то бегущих, орущих, ревущих или поющих, - она научилась притаиваться в складском уголке, под вглядчивым, но не отталкивающим, а, напротив, щадящим, каким-то жалеющим взглядом тети Нюры, и затихала.»

Свое второе имя Надя получила от самого родного ей человека, тети Нюры, интернатской кастелянши, из-за внешнего вида: «Просто светлая девочка, почти белая, с обыкновенным, белым же лицом и чуточку рыжеватыми – точнее, рыжевато-блёклыми - волосами».

И вновь в повести звучит постоянно волнующая писателя тема, которая затрагивает человека до глубины души: «Уж всё так устроено в мире, разве не ясно – если человека сломали, он и впрямь будет как испорченная кукла, и вовсе не куклу надо винить, пусть будет она как угодно плохой, а того или тех, кто её сломал, не так ли?»

Вся короткая, на самом деле горькая жизнь Нади проходит перед читателем. И эту жизнь предопределили её родители, которые предали ребенка, и общество, неспособное защитить его. Почему? Ответ дан самим автором повести: «Пьянство сиротский народ мнил делом пропащим и ничем не изводимым. Похуже тюрьмы».

Более менее спокойная жизнь под защитой тети Нюры закончилась для Нади. Она попала в жестокий мир взрослых, где её настигла новая, более страшная беда – насилие физическое и моральное, полностью лишившее её жизненного стержня: «Всё в ней замерло, а всё, что вне её – как бы проходит мимо, не задевая, не вызывая ни чувств, ни отношения. Надя будто замерла, чего-то ожидая». И вновь судьба наказала её, противиться которой этот беззащитный человек был не в состоянии: «Свечушка будто нарочно сжигала себя, не слушая никого, - ни доброго Митрофана Яковлевича, ни хорошего Николая Ильича, ни её, тетю Нюру.

Сделать аборт она решительно отказалась, доставив всем немало хлопот. Сначала тем, что ей ведь и семнадцати не было, когда родила, потом тем, что еле сама выкарабкалась. Рожая. А родила она безнадежно больного мальчика, полного дебила. Монах Мендель не помог со своей теорией: половина безумного Толика оказалась сильней Надиной природы. Да ведь и её генетическая предыстория была, сказать по совести, темна».

И жизнь этих двух людей, песчинок в огромном мире зла, безысходна: «Надя сидит, упершись мертвым взглядом в окно».

Другая повесть «Эх, вы!..» не менее трагична. Конечно, хороша большая многодетная семья. Но готова ли каждая из них дать полноценную жизнь своим детям? Вот как об этом пишет Альберт Лиханов в повести: «Эх, вы!..»: «Трое, четверо, наконец, шестеро детей при совершенной необеспеченности родителей трезвомыслящие реалисты назовут русским сумасшествием, безответственностью, бессмыслием, и будут правы».

Вся жизнь в этой семье пошла наперекосяк, с падением пьющих родителей ломались судьбы их детей, которые трепетно относились друг к другу, помогая и защищая себя.

Во время пожара Славик понял, что помощи ждать не от кого: его окружали бездушные люди: «И тут его поразила тишина. Село спало, не соизволив даже встрепенуться, а над головой сияли, низко опустившись, огромные звезды. Казалось, какое-то надземное многоглазое существо с любопытством таращится на этих людей, на их беду, которая вдруг свалилась ни за что, ни про что, и никто не подумал прийти им на помощь».

Ничто не могло остановить родителей, потерявших человеческий облик. Пьянка заслонила им всё. И Славик, перестав бороться и призывать родителей бросить пить, решил расстаться с жизнью: «Отец нашел его неподалеку от дома, в лесочке, сильно поредевшем в последние годы. Он висел в веревочной петле и уже давно окоченел. Было еще довольно рано, грязь прихватил первый морозец, и она смирилась, притворилась простой землей.

Но небо! Небо будто высветилось до самых высоких глубин, и вдали от этой чистоты и ясности снова развиднелись далекие розовые горы, к которым хочется идти, бежать, лететь, ведь там, наверное, можно найти покой и радость.

Слава любил смотреть в ту сторону…»

И родители ничего не поняли, как это, к сожалению, часто встречается в нашем мире, где алкоголь лишает людей разума и сердца.

Очень хочется, чтобы многие люди, которые постоянно соприкасаются с проблемами современного детства, задумались над финалом этой повести: «Я должен был написать эту повесть. Не мог не написать, потому что, может, хоть она станет памятником Славику.

Продрогший до звона деревянный крестик на его могилке, сколоченный полоумным Митяйкой, и слова этой эпитафии – дай-то Бог, чтобы они прошибли хоть кого-нибудь!»

И, наконец, третья повесть «Свора». Её главный смысл заключен, на мой взгляд, в следующих рассуждениях Альберта Лиханова: «Вообще-то своим свойством природа одарила и всех иных сущих в мире – и кошек, и змей, к примеру. Да и человека тоже. Только его в последнюю почему-то очередь. Наверно, потому, что к себе самому он плохо прислушивается – всё более слушает чужие рассуждения и, может, единственный во всей природе оборудован так, что способен глядеть, а не видеть, слушать, но не слышать, чувствовать, но чувствам своим не верить.

Собакам же, да еще одиноким, брошенным, отринутым людьми, - ничего иного не остается, как прислушиваться к своим предчувствиям».

Но брошенные собаки, оказавшиеся на свалке, не одиноки: «Там, внизу они расходились, разбредались, исчезали в снегопаде, который то усиливался, то слабел, и этот снегопад как будто бы затушевывал черные от грязи и копоти человеческие фигуры, заштриховывал их падающей белизной, и походило, будто сам Господь затирает их существование чистым своим желанием, прячет в необъятных просторах своих, за греховность их, за бездельность, за отреченность от мира. Стирает снегом сам факт их существования». В этом произведении описан типичный случай, когда хозяева отрекаются от своих братьев меньших, не думая о том, какой вред наносят и себе, и животным: «Поселки и садовые хозяйства пустели, и по весне добрые, охотно принимавшие в свои владения щеночков и котят вольного происхождения, осенью люди становились злыми, а говоря правду, беспощадными, усаживались в свои или наемные авто и уезжали, не оборачиваясь.

Дети чаще всего ревели, особливо маленькие, неразумные – дети вообще всегда дружно оплакивали своих летних друзей, за что и получали взрослые окрики, а то так и затрещины, машины фыркали, исчезали, и животный люд, прирученный за лето, может, и не к ласке, но к обеспеченности, к регулярным харчам, к человеческим голосам, как оказывалось, обманчиво ласковым, все это терял враз, в какие-то минуты и навсегда сиротел».

Несмотря на страх, собаки оказывались более верными, чем люди, и всегда возвращались в свой родной дом. Вот и Брэк вспомнил своего хозяина. Но там, куда он вернулся, жили другие люди.

Поэтому собаке ничего не оставалось, как вернуться к своей своре.

Думаю, мои рассуждения станут ответом на многие вопросы, адресованные учителю и ученику, станут поводом для разговора на уроках литературы и, может быть, помогут многим избежать жизненных ошибок.

Вот эта новая встреча с писателем Альбертом Лихановым стала очередной отправной точкой для создания ситуаций на внеклассных мероприятиях, участие в обсуждении которых вызовет не только интерес, но и даст возможность помочь нуждающимся людям и животным.

нажмите, чтобы увеличить
Тезисы к диалогу

ПОИСК ПО САЙТУ


Приглашает видеозал
Мы на YouTube
Мы ВКонтакте


Портал Культура.рф
Рейтинг@Mail.ru